Preview

Вестник Концерна ВКО «Алмаз – Антей»

Расширенный поиск

Завещание академика Ю. Б. Кобзарева

Полный текст:

Аннотация

В последнее время повышенный интерес вызывает история создания различных видов отечественного вооружения во время Великой Отечественной войны и в предшествующий период. Знаменитым танкам, легендарным «Катюшам», истребителям и бомбардировщикам тех времен посвящено много статей, приводятся интересные факты, чего нельзя сказать о радиолокационной технике – информация о ней практически отсутствует. А ведь роль станций дальнего обнаружения вражеских самолетов во время войны была огромна.

Создание первого отечественного импульсного радиолокатора дальнего обнаружения связано с именем академика, Героя Социалистического Труда Юрия Борисовича КОБЗАРЕВА (08.06.1905 – 25.04.1992).

Для цитирования:


Бартенев В.Г. Завещание академика Ю. Б. Кобзарева. Вестник Концерна ВКО «Алмаз – Антей». 2016;(1):126-131.

Некоторые историки считают днем рождения отечественной радиолокации 4 июля 1943 г. - дату выхода Постановления Государствен­ного комитета обороны № ГОКО-368600 «О создании при ГКО Совета по радиолокации под председательством Г. М. Маленкова и на­значении заместителем наркома электропро­мышленности по радиолокации А. И. Берга) Это утверждение полностью опровергается историей создания еще до начала Великой Отечественной войны отечественных радио­локационных систем (РЛС) дальнего обнару­жения РУС-2 и РУС-2с, в основе которых ле­жал разработанный Ю. Б. Кобзаревым проект РЛС «Редут».

Первые опыты в области импульсной радиолокации в СССР

Предварительные поисковые и исследова­тельские работы в области радиолокации были начаты в Советском Союзе еще в 1934 г., когда Управление противовоздушной оборо­ны заключило договор с Ленинградским фи­зико-техническим институтом (ЛФТИ, дирек­тор академик А. Ф. Иоффе) на проведение ис­следований по измерению электромагнитной энергии, отраженной от предметов различных форм и материалов. Этому же институту со­вместно с ОКБ Управления ПВО РККА (руко­водитель П. К. Ощепков) поручалось изготовить передатчик и приемник для проведения опытов по фактическому обнаружению само­лета по отраженной от него волне. Все работы выполнялись в соответствии с заранее состав­ленным планом и считались делом большой государственной важности. Рассматривалось создание двух типов РЛС - непрерывного и импульсного излучения. Первое направление вылилось в появление РЛС «Ревень», партия которых под названием РУС-1 (сокращение от «радиоулавливатель самолетов») была приня­та на вооружение в 1939 г. и прошла боевую проверку во время войны с белофиннами. К 1939 г. в ЛФТИ появилась научная и экс­периментальная базы и по второму направле­нию в виде макета импульсной РЛС «Редут», созданного под руководством Ю. Б. Кобзарева. По сравнению с РЛС «Ревень» РЛС «Редут» была значительным шагом вперед, так как позволяла не только обнаруживать самолеты противника на больших расстояниях и прак­тически на всех высотах, но и непрерывно определять их дальность, азимут и скорость полета. Кроме того, при круговом синхрон­ном вращении обеих антенн станция «Редут» в пределах своей зоны действия обнаруживала группы и одиночные самолеты, находившиеся в воздухе на разных азимутах и дальностях, и следила с перерывами по времени (один оборот антенны) за их перемещениями. Таким образом, с помощью нескольких таких РЛС командование ПВО могло наблюдать за дина­микой воздушной обстановки в зоне радиусом до 100 км, определять силы воздушного про­тивника и даже его намерения, подсчитывая, куда и сколько в данное время направляет­ся самолетов. За научно-технический вклад в создание первой РЛС дальнего обнаружения Ю. Б. Кобзареву, П. А. Погорелко и Н. Я. Чер- нецову в 1941 г. была присуждена Сталинская премия. Выпуск же РЛС «Ревень» в связи с их низкой эффективностью был прекращен.

Назрела настоятельная потребность в привлечении к разработке и изготовлению импульсных РЛС типа «Редут» научно-иссле­довательской организации, имеющей опыт создания сложных радиотехнических систем. В качестве такой организации правительством был выбран НИИ-20 Остехуправления, впо­следствии - Всероссийский научно-исследова­тельский институт радиотехники (ВНИИРТ). Работу в НИИ-20 предполагалось разбить на ряд этапов, а дополнительные испытания ма­кета РЛС «Редут» провести в ЛФТИ. Однако Управление связи РККА внесло предложение в Комитет обороны при СНК СССР о включении в план НИИ-20 срочного задания по созданию РЛС «Редут», согласно которому НИИ должен был разработать, изготовить и представить на государственные испытания в январе 1940 г. два образца РЛС «Редут». Работа была со­пряжена с огромными трудностями - не было нужной измерительной аппаратуры, специаль­ных автомобильных кузовов с вращающимися кабинами, аппаратуры синхронной передачи для обеспечения синфазного вращения кабин, отсутствовала кооперация с внешними пред­приятиями по комплектующим изделиям. Тем не менее к концу 1939 г. был разработан техни­ческий проект станции, а к апрелю 1940 г. из­готовлены два опытных образца РЛС «Редут». Это был двухантенный вариант РЛС с двумя синхронно вращающимися кабинами - пере­дающей на ЗИС-6 и приемной на ГАЗ-ААА. В своих воспоминаниях Юрий Борисович поз­же написал: «Если бы не наша самоотвержен­ная работа в тридцатые годы в лаборатории ЛФТИ и не мое руководящее участие впослед­ствии, мы не имели бы в армии к началу Вели­кой Отечественной войны радиолокационные станции РУС-2...»

Ю. Б. Кобзарев в Совете по радиолокации

Нельзя не отметить важность Постановления «О создании при ГКО Совета по радиолока­ции...», председателем которого был назна­чен член ГКО Г. М. Маленков. Появившись в тяжелый военный период, оно явилось для отечественной радиолокации важнейшим го­сударственным актом. С образованием Сове­та руководство развитием этой новой отрасли техники и осуществление большого комплек­са мероприятий в разрозненных до этого орга­низациях сосредотачивалось в едином прави­тельственном органе. Заместителем председа­теля Совета был утвержден Аксель Иванович Берг, который осуществлял научное и орга­низационное руководство. До октября 1944 г. А. И. Берг, оставаясь в должности замнаркома, руководил и всей радиопромышленностью, которая входила в Наркомат электропромыш­ленности. В аппарате Совета постоянно рабо­тали специалисты высокого класса, их авто­ритет в среде советских радиоинженеров был общепризнан. Среди таких специалистов был и Юрий Борисович Кобзарев.

Постановление вышло в год коренного перелома в Великой Отечественной войне - после победы Красной армии в Сталинград­ской битве и накануне Курской битвы. В это же время в Гамбурге англичанами впервые был осуществлен массовый сброс пассивных помех против немецких РЛС. Событие не осталось без внимания в СССР В частности, в создан­ном в 1943 г. в соответствии с Постановлени­ем «О создании при ГКО Совета по радиоло­кации.. » ЦНИИ-108 (сегодня ГОСЦНИРТИ) были развернуты работы по созданию пас­сивных помех. Наиболее известной в данной области стала работа сотрудника ЦНИИ-108 М. А. Леонтовича «Теоретические основы ме­тода создания дипольных помех» (1944). Поз­же это направление получило развитие и на основе использования ложных целей. Коман­дование Красной армии и военные инжене­ры Главного артиллерийского управления, ко­торые занимались обеспечением войск ПВО радиолокационными станциями, отчетливо представляли последствия нанесения ударов авиацией противника, если РЛС будут выве­дены из строя и средства противовоздушной обороны окажутся «слепыми». Поэтому в кон­це 1943 г. для ускорения разработки средств защиты от пассивных помех Совет по радиоло­кации объявил конкурс изобретателей. Среди предполагаемых участников было проведено совещание, на котором сформулировали усло­вия конкурса, а Ю. Б. Кобзарев сделал сообще­ние о возможных методах борьбы с пассив­ными помехами. В докладе особое внимание уделялось когерентно-импульсной технике, ос­нованной, в частности, на применении вспомо­гательного источника когерентных колебаний, фазируемого импульсами передатчика. Можно считать, что идея Ю. Б. Кобзарева, высказан­ная на совещании, положила начало новому направлению в радиолокационной технике - когерентному приему радиолокационных сиг­налов. В июне 1947 г. Совет по радиолокации был преобразован в Комитет по радиолокации при Совете Министров СССР, упраздненный, в свою очередь, в августе 1949 г. с передачей его функций Министерству обороны и министер­ствам оборонных отраслей промышленности.

НИР «Стекло» в НИИ-20

После ликвидации Комитета по радиолока­ции Ю. Б. Кобзарев возглавил лабораторию в НИИ-20, которому была передана работа по внедрению макета РЛС «Редут». Наследник легендарного Остехбюро НИИ-20 к 1940-м гг сложился как сильный в научном и инженер­ном отношении коллектив, внесший неоце­нимый вклад в создание на базе РЛС «Редут» первых промышленных образцов импульс­ных РЛС дальнего обнаружения РУС-2 и РУС-2с и организацию их серийного произ­водства. Идея использования когерентной техники для борьбы с пассивными помехами была положена в основу способа когерент­но-импульсной работы РЛС, который в виде заявки на изобретение Кобзарев направил в Комитет по изобретениям, получив еще в 1945 г. авторское свидетельство за № 5352с. Дальнейшее развитие когерентно-импульс­ный способ получил в НИИ-20. По поста­новлению Совета Министров Союза ССР в НИИ-20 в 1949 г. в срочном порядке была раз­вернута НИР «Стекло» по теме «Разработка метода уменьшения помех от местных пред­метов, метеофакторов (дождь, снег, облака) и дипольных отражателей в станциях дальнего обнаружения», причем подлежащий разра­ботке метод был определен в задании на НИР заранее - когерентно-импульсный метод. Чет­ко были определены и задачи НИР.

  1. Создание 10-сантиметрового местного гетеродина с высокой стабильностью частоты.
  2. Создание когерентного гетеродина на 30 МГц с высокой стабильностью частоты.
  3. Разработка линии задержки на боль­шое время, равное периоду повторения им­пульсов РЛС дальнего обнаружения.
  4. Разработка системы запуска передат­чика, обеспечивающего равенство с высокой степенью точности периода повторения и вре­мени задержки.
  5. Разработка мощного передатчика с вы­сокой степенью постоянства времени начала генерации относительно момента запуска.
  6. Разработка устройства компенсации влияния ветра.
  7. Разработка системы автоподстройки частоты.

Основные трудности работ НИИ-20 были связаны как с новым диапазоном волн, кото­рый еще только осваивался в амплитудном режиме при разработке послевоенных станций П-50 и П-20, так и с реализацией когерентно­импульсного режима в РЛС дальнего обнару­жения, работающих с малой, порядка 300 Гц, частотой повторения. Особую значимость про­водимой НИР придавало и то, что ее научным руководителем был назначен Юрий Борисович Кобзарев, к тому времени уже доктор техниче­ских наук, профессор, до перехода в НИИ-20 заведующий первой в стране радиолокацион­ной кафедрой Московского энергетического института, которую он создал еще в 1943 г.

Почему Юрий Борисович перешел на ра­боту в НИИ-20? На мой взгляд, главная причина его поступка была в том, что он понимал, какую большую важность имеет НИР «Стекло» для обороноспособности нашей страны, и, конечно, как никто другой был готов к успешной прак­тической реализации когерентно-импульсного метода, на который у него было авторское сви­детельство. Кроме того, он переходил на работу в тот самый институт, который еще до войны занимался разработкой промышленных образ­цов первых отечественных РЛС РУС-2, создан­ных под его руководством. Ну и, наконец, он осознавал огромную ответственность, которая лежала на нем, как на бывшем члене Комитета по радиолокации, за порученное ему дело. По воспоминаниям его дочери, Татьяны Юрьевны, «он руководствовался чувством долга, делал то, чего требовала ситуация».

Заместителем Кобзарева по НИР «Стек­ло» был назначен сотрудник НИИ-20 Лев Ни­колаевич Кисляков, впоследствии доктор тех­нических наук, ближайший соратник и друг. Работы по НИР начались в НИИ-20 в конце 1949 г., а начиная с 1950 г. они были включены в план института. Разработанную аппаратуру для реализации когерентно-импульсного режима было решено встраивать в один лишь нижний, вертикальный канал радиолокационной систе­мы «Перископ» (П-20), которая была получена в августе 1951 г., и уже в сентябре того же года начались первые наблюдения отраженных сиг­налов в когерентно-импульсном режимах.

Какие же основные выводы были сдела­ны в НИР «Стекло» по результатам испытаний РЛС в когерентно-импульсном режиме? Пре­жде всего была доказана работоспособность способа когерентно-импульсной работы, ос­нованного на предложенной Кобзаревым идее фазирования когерентного гетеродина радио­импульсом магнетронного передатчика РЛС.

Кроме того, определены основные требова­ния ко всем элементам когерентно-импульс­ной системы. Получены экспериментальные данные, характеризующие подпомеховую видимость имитируемой цели на фоне сигналов, отраженных от реальных местных предметов и метео-образований. Даны рекомендации по встраиванию когерентно-импульсной системы в серийные РЛС «Перископ» и «Обсерватория». Подводя итог проделанной в НИР «Стекло» работе, Ю. Б. Кобзарев в отчете напишет: «До­стигнутые нами результаты следует рассматри­вать лишь как первый этап на пути развития когерентно-импульсной техники. Впереди стоят новые, более сложные задачи, за решение кото­рых надо приниматься немедленно».

НИР «Стекло» со всей очевидностью до­казала, что способ защиты РЛС от пассивных помех, основанный на фазировании когерент­ного гетеродина радиоимпульсом магнетрона (впоследствии названный псевдокогерентным методом), может успешно применяться в РЛС дальнего обнаружения. На протяжении по­следующих лет этот метод был внедрен во многих отечественных магнетронных РЛС, которые применялись в боевых действиях на Ближнем Востоке и во Вьетнаме и везде де­монстрировали высокие тактико-технические характеристики.

Завещание академика Ю. Б. Кобзарева

В 1953 г. Ю. Б. Кобзарев, уже член-кор­респондент АН СССР, переходит на работу в созданный в то время А. И. Бергом Институт радиотехники и электроники (ИРЭ), где возглавляет сначала лабораторию, а затем от­дел, оставаясь в НИИ-20 совместителем. Об этом периоде жизни он вспоминает: «Я ра­ботал как руководитель отдела и, кроме того, вернулся к теории нелинейных систем. За большой срок, когда я от этой тематики ото­шел ради прикладных работ, она ушла далеко вперед, но кое-что я для себя нашел. В ИРЭ - комиссии, советы, семинары. Объявился “На­учный совет по статистической радиофизи­ке”, которым я вначале занялся с большим энтузиазмом.

Одним словом, забот было много. К тому же мое здоровье шло на убыль. И теперь я уже не езжу “на Почтовую” в свой институт МРП (НИИ-20, позже ВНИИРТ), где уже нет Л. Н. Кислякова, преданного мне сотрудника и друга, не бываю даже на его “Специализи­рованном Ученом Совете”, председателем ко­торого я так долго был, а затем по воле ВАКа стал лишь его членом, с трудом посещаю засе­дания Межведомственного совета № 1 в МРП, членом которого я и сейчас числюсь, заседания Комитета по Ленинским и Государственным премиям. Перестал ездить на совещания и конференции, организуемые Советом по ста­тистической радиофизике.»

Так уж получилось, что после смер­ти профессора Льва Николаевича Кислякова меня, сотрудника ВНИИРТ, назначили руко­водителем его лаборатории. Разбирая архив­ные документы, оставшиеся от Кислякова, я натолкнулся на письмо Юрия Борисовича Кобзарева, отрывок которого хотелось бы про­цитировать как своего рода его завещание, актуальное и сегодня.

«Успешное развертывание и проведение работ в области помехозащищенности радио­локационных станций требует поднятия на­учного уровня масс инженерных работников научно-исследовательских институтов ради­олокационной промышленности и улучше­ния организации работы этих институтов, в частности, устранения многотемности и перегрузки опытно-конструкторскими работами, улучшения обмена опытом и научного обще­ния внутри институтов и между институтами, обеспечения изучения зарубежного опыта, по­ощрения теоретической работы, стимулирова­ния литературных работ сотрудников. Особое значение имеет правильное определение тема­тики институтов и правильное распределение их сил и внимания руководства между важ­нейшими поисковыми работами и новыми на­учно-исследовательскими и опытно-конструк­торскими работами. Нельзя вовсе допускать проведения в НИИ опытно-конструкторских работ, относящихся к пройденным этапам раз­вития радиолокационной техники. Главное внимание должно уделяться научно-исследо­вательским работам, направленным на созда­ние новых технических средств, на разработку новых методов».

6 августа 2016 г. институт на «Почтовой», как душевно называл ВНИИРТ Юрий Борисо­вич Кобзарев, отметил свое 95-летие. Как и любой юбилей, это повод для подведения ито­гов. Возникает вопрос, насколько завещание академика Кобзарева воплотилось в жизнь? Ответ можно получить в статье «Всероссий­ский НИИ радиотехники - 90 лет лидерства» (Вестник Концерна ПВО «Алмаз-Антей», 2011, № 2).

Одним из наиболее важных достижений в области радиолокационной техники, вопло­тивших заветы Ю.Б. Кобзарева, было создание во ВНИИРТ твердотельных РЛС с цифровой программируемой обработкой сигналов. Про­граммируемая РЛС - это не только цифровая, но и реконфигурируемая РЛС, способная к постоянному усовершенствованию и модернизации только за счет смены программного обеспечения.

Заслуги Юрия Борисовича Кобзарева были высоко оценены государством. В 1975 г. академику Ю. Б. Кобзареву было присвоено звание Героя Социалистического Труда, он был награжден четырьмя орденами Ленина и рядом медалей. В 1980 г. за основополагающие работы в области радиотехники, радиофизики и радиолокации ему была присуждена Золотая медаль им. А.С. Попова, он был избран почет­ным членом НТОРЭС им. А. С. Попова, в соз­дании которого принимал активное участие.

В заключение приведу слова из статьи «Академик Ю. Б. Кобзарев - выдающийся ученый в области радиотехники и радиофи- зики»1: «Юрия Борисовича отличали творче­ский подход к решению современных проблем науки и техники, чувство нового и энтузиазм в постановке сложных научных проблем, ис­ключительное внимание и неизменно доброжелательное отношение ко всем окружавшим его сотрудникам и коллегам. Он был ученым с необычайно широким диапазоном интересов, ясностью и оригинальностью мышления, спо­собностью схватывать, казалось бы, далекие от него проблемы. Скромно и неустанно сеял он вокруг себя семена нравственности, вер­ности истине, чистоты и добра. Все это сни­скало Юрию Борисовичу Кобзареву всеобщую любовь и уважение как к крупному ученому и педагогу, авторитетному руководителю и за­мечательному человеку, одному из тех ученых, которые создали славу отечественной науки и техники».

Об авторе

В. Г. Бартенев
Московский технологический университет (МИРЭА)
Россия

Бартенев Владимир Григорьевич – доктор технических наук, старший научный сотрудник, профессор кафедры теоретической радиотехники и радиофизики

г. Москва



Для цитирования:


Бартенев В.Г. Завещание академика Ю. Б. Кобзарева. Вестник Концерна ВКО «Алмаз – Антей». 2016;(1):126-131.

Просмотров: 49


Creative Commons License
Контент доступен под лицензией Creative Commons Attribution 4.0 License.


ISSN 2542-0542 (Print)